Vinnie Paul "Вера в себя"
Несмотря на миллионные продажи записей техасcкой грув-металл группы Pantera, барабанщик Vinnie Paul основной доход получает управляя самым успешным стрип-клубом в Далласе, под названием The Clubhouse, плюс еще три стрип-клуба поменьше, спортивный бар и три гастрольных автобуса сдаваемых в аренду.
Vinnie также известен своим шикарным домом со студией звукозаписи и большим бассейном, в котором проходят вечеринки с участием друзей барабанщика от Kid Rock и Slayer до John Otto.
Но все далеко не так беспечно и в 2000-м году появились личные и профессиональные проблемы в жизни музыканта. Заболевание подагрой сперва правой ноги, затем левой, практически обесточило любителя вечеринок. Вокалист группы Phil Anselmo начал ставить палки в колеса группы, так что Paul и компания записывали сингл Revolution is My Name в атмосфере полного и неизбежного развала группы. Но желание творить пересилило, и братья Vinnie и Dimebag создают новый проект Damageplan, не менее ритмически яркий и тяжелый, чем Pantera. Рисунки на бас-барабанах стали более сдержанными, а общее музыкальное настроение стало шире, благодаря вкраплениями классического рока, и большого количества экспериментов с аранжировками, звукозаписью и настройкой инструмента. Музыка Damageplan качевая и дикая одновременно.
Почему распалась Pantera?
Pantera распалась не по банальным причинам как это обычно бывает, у нас не было проблем по денежным вопросам и никто никого не ненавидел, мы решили сделать перерыв и затем узнали, что Phil Anselmo ушел из группы. Он даже не потрудился сообщить нам об этом, более того, мы никак не могли связаться с ним. Мы так и не поняли, что произошло. Спустя год стало понятно, что группы больше нет.
Damageplan стилистически разнообразнее чем Pantera. Звучание более экспериментальное, некоторые песни почти классический рок.
Во времена альбомов Vulgar Display of Power и Cowboys from Hell наша музыка была очень разнообразная. Нас не знали к какому стилю приписать. Музыка была открытая, хорошие мелодии, все непредсказуемо от начала до конца. Но последние два альбома получились однообразными, словно мы застряли в трубе, не было пространства для самовыражения. Phil все сузил и для творчества места не стало. Мы продолжали писать песни, но ему ничего не подходило.
Поэтому в Damageplan решили не ограничивать себя, а быть открытыми ко всему. Наша задача придерживаться корней старой школы и в то же время быть на одной волне с новыми тенденциями в звуке и в подходах.
Ваш вокалист действительно поет, а не только рычит, что тоже отличается от Pantera.
Мы прослушали много кандидатов на вокал, который умел бы все. Pat Lachman играл на гитаре в Halford (сайд-проект лидера метал-группы Judas Priest Роба Хэлфорда – прим. Drumspeech.com) и ему понравились наши демки, поэтому он вызвался петь. Уже во время первой песни у меня пошли мурашки по коже от его голоса.
Damageplan более коммерческий проект, чем Pantera?
Местами да, но при этом и более брутальный. Такие песни как “Fuck You” и “Crawl” тому пример. Музыка брутальная, но с мелодическими брейкдаунами, то есть то, куда мы в Pantera не углублялись.
Как проходила запись альбома New Found Power?
Мы использовали систему Otari Radar, она вышла одновременно с Pro Tools. А писались на нашей студии Chasin Jason на 82хканальной консоли Mackie в Radar.
Что изменились в звучании барабанов от их звучания в Pantera?
Убрал немного атаки, приблизив звук к более общепринятому. Мне уже приелось жесткое и тусклое звучание с обилием высоких частот. В Damageplan я добавил больше “тела” и поменьше верхних частот. В Pantera микрофон ставил прямо напротив барабана, отчего звук был плосковатым. Также я вырезал средние частоты, чтобы приоткрыть низкие и верхние. Для этого использовал Focusrite EQ. Но в Damageplan отказался от этого.
Общее звучание сделали темнее, чем у Pantera. Решили, что так будет звучать немного сырее, что соответствует духу группы.
Нравится ли тебе работать в студии?
Мне очень комфортно в студии. Я вырос на студии своего отца Jerry Abbott. Там я начал изучать эту науку с малых лет. Первые демки Pantera я записал в студии отца. Мне не понравилось звучание барабанов, и отец позволил мне встать за пульт и попробовать разные настройки EQ.
Ты записываешься под клик?
Никогда с Pantera, а в Damageplan я импровизировал под клик и риффы гитариста. Пробовал разные варианты партий, а потом мы резали и вставляли в песню.
Как вообще проходит процесс записи барабанов?
Сперва я ищу нужный звук. Мой техник Cat расставляет установку, а я подбираю под комнату микрофоны. Затем Cat играет, а я стою за пультом. Если мне что-то не нравится, то передвигаю микрофоны или ставлю другие.
барабанщик Vinnie Paul
На записи Pantera я размещал микрофоны внутри кадушки для записи атаки. Также я размещал микрофоны и в привычных местах – сверху пластика, для захвата звучания “тела” барабана. На Damageplan ставил только внешние микрофоны. Хотелось больше “тела”. Использовал микрофоны AKG 414 на томах, Shure Sm57 на малом, Shure SM81s на тарелки и Audio-Technica ATM25s на бас-барабаны. Что касается времени, то для простенькой демки на отстройку уходит час, для записи Damageplan на это ушла пара дней.
Твои барабаны звучат сжато, много компрессии. Это настройка или работа звукооператора?
Барабаны это барабаны, как настроишь так и будут звучать. Со звуком нужно постоянно экспериментировать. Например, на “Moment of Truth”, медленной, тягучей песне, нужно было добавить вес звуку. Поэтому, я использовал дополнительные микрофоны в комнате, чтобы добавить пространства. Также добавил атаки с помощью EQ.
Как сильно натягиваешь пластики?
Натяжение довольно слабое. И я не глушу пластики, кроме как на бас-барабане. Передний пластик на бас-барабане вообще убрал для этой записи, чтобы добавить олд-скула. А для теплоты звука положил внутри одеяло.
На студии и на концерте у тебя одна и та же установка?
Нет, в студии барабаны меньше. Их легче писать и звучание больше. Не знаю с чем это связано, но в студии 14” напольный том во время записи звучит больше чем 18”. У меня в студии стоит 12”, 13”, 14” томы, стандартный малый и бас-барабан 16”x22”. Настраиваю барабаны всегда низко. При высокой настройке нужно контролировать звон и это может сделать звук безжизненным.
На концертах у меня установка с большими размерами. Такие барабаны хорошо звучат на сцене и отличная атака. Плюс отлично смотрятся.
Легко ли получить хороший звук на больших барабанах?
В наше время довольно легко получить хороший звук из почти любого барабана. Все компании выпускают хороший продукт. Но я остановился на Pearl, потому что они делают великолепную продукцию и хорошо ко мне относятся. Помню, как когда первый раз увидел как играет Peter Criss из KISS, то подумал, что раз уж он выбрал эти барабаны, то мне они точно подойдут.
Ты также используешь педали Pearl.
Педали PowerShifter имеют кучу настроек. Я сильно натягиваю пружину и ставлю большую пластиковую колотушку с плоской поверхностью для усиления атаки.
Это объясняет мощный шлепок твоих бас-барабанов.
Для атаки я еще использую наклейки Danmar Super Rock на пластик бас-барабана. А на записях Pantera, на альбоме Vulgar Display of Power в особенности, я клеил серебрянный доллар на место удара колотушки. Но без усиливающей пластик наклейки Danmar Super Rock, деревянная или пластиковая колотушка быстро убьют пластик.
У тебя текучая, свободная манера игры. В ней нет ничего механического. Как тебе удается одновременно быть лидером, звукорежиссером и придумывать партии ударных?
Мой подход к игре такой – вкладывать достаточно, чтобы быть интересным для барабанщиков, но не более того, чтобы это не повлияло негативно на грув и утомило обычного слушателя.
Кто вдохновлял тебя в игре на двух бас-барабанах?
Я пробудился от долго сна, когда услышал игру Tommy Aldridge на концертнике Pat Travers – Live! Go for what you know. Он играл ногами вещи, которые большинство и руками не сыграют. А когда пару лет спустя он присоединился к Оззи, я принялся изучать его игру и черпать идеи. Великолепная игра.
У него есть видеошкола [Tommy Aldridge Rock Drum Soloing and Double Bass Workout – прим. Drumspeech.com – форум барабанщиков ], из которой я многое почерпнул. Я следую его подходу. Левая нога ведущая на слабую долю.
барабанщик Vinnie Paul
У тебя до сих пор ведущая нога левая?
Да, в большинстве партий. Многие начинающие начинают с правой ноги, но это неудобно. Приучайтесь отчитывать доли левой ногой на педали хай-хэта и потом, когда поставите двойную педаль, вести левой ногой станет для вас естественным.
Для развития скорости и выносливости, я много занимался в медленных темпах для контроля и только потом постепенно повышал темп. Я занимался на двойной педали каждый день и со временем появились скорость и выносливость.
Позже я стал играть двойками правой ногой между одиночными ударами левой. Это основа многих моих фишек. Например, я играю на отскоке в правой ноге в песне Becoming с альбома Far Beyond Driven. Знаю, что сейчас многие играют двойками с обеих ног, но я так не делаю.
Мне нравится играть на двух бас-барабанах. Если использовать их правильно, они могут придать песне воинственности. Но многие металлисты переигрывают. Если всю песню играть на двух бас-барабанах, эффект теряется. Но если вставлять их вовремя время от времени, то это придаст партии мощи.
На альбоме New Found Power есть песни, где ты играешь одновременные удары шестнадцатыми в ногах и руках.
Это хороший прием, например, для крещендо. Начинаешь на малом, а потом подключаешь ноги.
Насколько высоко ты сидишь?
Я сижу ни низко, ни высоко. Может быть чуть низковато. Высокая посадка для меня неестественна. Это индивидуально у каждого. Таким парням как Tommy Lee, с длинными руками, некомфортно за моей установкой. Когда я сел за его установку, я вообще не мог дотянуться до барабанов и тарелок.
Главное при посадке за установкой держать спину ровно. Я всегда прошу моего техника следить за моей осанкой. Мне то проблемы со спиной ни к чему. Я повидал многих сутулящихся за установкой и рано или поздно это ведет к проблемам.
Я слышал, что у тебя не все в порядке со здоровьем.
У меня подагра. Это когда в суставах накапливается мочевая кислота. Она кристаллизуется и происходит воспаление, так что не можешь ходить. Это впервые произошло со мной во время записи Reinventing the Steel. В ночь перед этим я тренировался с отягощениями и похожу повредил мысок ноги. Уже в больнице меня спросили не пью ли я виски и не ем ли красное мясо, и мои ответы помогли им поставить диагноз. Так продолжалось пять недель, и затем заболела другая нога. Я обошел пять докторов, пока врач Texas Rangers [профессиональный бейсбольный клуб – прим. Drumspeech.com] не посоветовал мне улучшить диету, перейти на чистый алкоголь и подходящие препараты. В конце концов мне полегчало.
И все это время ты играл?
Да, играл через боль много раз. Музыканты как профессиональные атлеты на соревнованиях, нужно идти до конца.
Какие треки Pantera демонстрируют твою лучшую игру?
Primal Concrete Sledge c альбома Cowboys From Hell – один из самых крутых треков. На треке Becoming c альбома Far Beyond Driven довольно непростая партия бас-барабанов. На каждом альбоме есть трек, который не вошел бы в него, если б не уникальная партия ударных. На альбоме Damageplan это New Found Power. Мне нравится напористая игра, играю чуть раньше клика. Но есть треки с плотным и размеренным грувом, как например треки Crawl и Moment of Truth. На их записи стараюсь создать нужную атмосферу в студии. Включаю зеленый свет, зажигаю свечи.
В чем секрет твоей мощной и быстрой игры?
Главное уверенность и опыт концертных выступлений. Я играю на сцене с 1983-го. Можно годами заниматься в четырех стенах, но выступление на публике ничто не заменит. Только опыт выступлений помогает справится с трудностями и ошибками. Это некий опыт обрести уверенность в своих силах здесь и сейчас.